17. Шакалы среди арестанток.

   Начало читайте в: Беспредел на следственных действиях.

   «А какая ей выгода, в том, что она бесплатно подсовывала Фае психотропные таблетки?» — тихо спросила я.

   «Ну, во-первых, Фая их бесплатно кормила дорогими продуктами, она была для них, как дойная корова, которую нельзя потерять. Во-вторых, Фая постепенно подсела бы на «колёса» и вот тебе постоянный клиент, которого есть возможность «доить», а ведь она с первого дня хвасталась своими богатствами. И вроде бы взрослая баба, а так её «лоханула» эта свора.» — так же шепотом ответила мне сокамерница.

   За неделю до этого разговора.

   Соседка по шконке, наблюдая, как я пытаюсь левой рукой писать заявление в суд, предложила мне свои услуги в качестве писаря. Договорились, что за услугу я ей заплачу десять сигарет. Другая сокамерница предложила за пачку сигарет выстирать моё бельё и подежурить в моё дежурство. Так как я не курила, но у меня были запасы с сигаретами, то я этому очень обрадовалась. Правая рука постоянно немела и существовала отдельно от меня, поэтому мне приходилось все делать только левой рукой.

   И так, в тот момент, когда я надиктовывала сокамернице-писарю текст заявления в суд, открылась бронь и в камеру завели женщину с двумя большими дорожными сумками. На вид ей было под шестьдесят лет, полновата, высокая несимпатичная татарка.

   Сев на скамью и положив руки по-директорски, она внимательно стала каждую из нас рассматривать.

   «Меня зовут Фаина. В этом городе я одна из известных фермершей. Арестовали меня по 159 статье, пытаются мне пришить то, чего я не совершала. По факту я «закусилась» с одним козлом, который положил  глаз на мои поля. Воевала с ним долго, но только недавно узнала, что его «крышует» один высокопоставленный человек из органов. Закрыли меня на два месяца, но через неделю у меня апелляция на жалобу об аресте, и я уже выйду на волю. У меня очень крутой и дорогой адвокат. Но за эту неделю надеюсь женщины мы не будем воевать? Поэтому, я пришла к вам не с пустыми руками, а с гостинцами. Кто поможет мне разобрать сумку с продуктами?»

   В ту же секунду, к Фаине подскочила Маша-хохлушка и стала помогать выкладывать на стол вкуснющие продукты. Здесь были: курица-гриль, сервелат, бекон копченный, хамон, сало с прослойками, конина, буженина, брынза, сыры голландский и Эдам, свежие помидоры, огурцы и клубника, мандарины, апельсины, яблоки, груши, киви, бананы, лаваши, французские батоны и сладости к чаю от чак-чака до пирогов. Все продукты были изрезаны на части.

   «Давайте женщины, сядем покушаем, а потом уже будем знакомиться.» — предложила она.

   «Вы обрусевшая татарка? У вас столько сала с собою привезено.» — спросила я Фаину.

   «Ага, обрусела я из-за русского мужа, вместе мы почти двадцать лет. Он меня моложе на пятнадцать лет. Первый муж умер. Детей нет. Вот и живу ради молодого мужа, и сама душой молодею!» — грустно произнесла Фаина и разрыдалась. А мы все вместе стали её утешать и рассказывать о своих бедах. Так и познакомились.

   Поздно ночью Маша-хохлушка предложила Фаине отзвониться своему мужу. Фаина очень громко разговаривала и Маша на неё постоянно «шикала». Сначала Фаина приказным тоном перечислила мужу продукты, которые он должен был назавтра ей передать. Потом после её вопроса об адвокате и о своем бизнесе, наступила десятиминутная тишина и Фаина слушала отчет мужа. Вдруг она неожиданно закричала и истерично зарыдала: «Чтобы все сдохли! Ааааа…»

   С молниеносной скоростью Маша выхватила из рук Фаины телефон и только успела его спрятать, как в камеру вбежали надзиратели. Надо отдать должное, что Фаина успела понять свою ошибку и продолжая рыдать, стала причитать: «Люди добрые, за что, нам женщинам такие страдания? Разве можно женщин содержать в таких условиях в нашей современной стране? Вы же здесь работаете и получаете зарплату благодаря моим налогам, которые я, как дура исправно платила! Создайте же нам цивилизационные условия! Позовите врача, мне плохо, у меня поднялось давление из-за клаустрофобии!»

   Надзиратели поверили, что у Фаины была истерика из-за клаустрофобии и вывели её к врачу в соседний корпус. Сопровождать Фаину разрешили Маше. Когда бронь за ними всеми закрылась, меня всю трясло, как и Наташу-армянку. Я вытащила телефон из своего кроссовка и отдала ей, чтобы она его спрятала. Только вчера армянка купила этот телефон у Белки из соседней камеры.

   Когда пришли Фаина и Маша, они сели на шконку и долго шептались. После чего Фаина легла спать и проспала до следующего вечера. Днём Наташа-армянка неоднократно делала замечание Маше-хохлушке, Миле-дорожнице и Наташе-наркоманке, что они без спроса поедают Фаины продукты. Однако Маша заверяла, что Фая теперь с ними «хлебка» и разрешила им в любое время угощаться её запасами. Перед вечерней проверкой Фае принесли передачку от мужа, товарный запас был таким же, что и вчера на столе, только было все в больших объёмах.

   В течении недели каждый день Фаине приносили передачку от мужа, продуктовая корзина была одинаковая. Холодильник был полностью забит Фаинами продуктами. Фая ходила грустная и ждала апелляционного суда. С мужем больше она ни разу не поговорила по телефону, была на него злая. Только Маше была известна Фаина злость на мужа, они каждый вечер шептались об этом. После чего Фаина укладывалась спать и спала до вечерней проверки, по утрам на проверку её не будили, Маша говорила тюремщикам, что у Фаи высокое давление и она, выпив таблетку от давления недавно уснула.

   На пятый день, когда Маша купалась в душе, Фаина подсела ко мне на шконку и неожиданно шепотом спросила: «А каким цветом капсулы «Ново-Пассита»?»

   «Не помню. А что?» — тоже шепотом ответила я ей.

   «Дело в том, что я на свободе пила «Ново-Пассит» капсулы были белого цвета, а здесь коричнево-белые. Раньше они мне никак не помогали. А сейчас от них постоянно сплю, как от психотропных. Мне как-то назначали психотропные, сначала я от них спала, а потом у меня случился сердечный приступ и меня еле откачали в реанимации.» — продолжила она шепотом.

   «Здесь тебе таблетки тюремный врач дал?» — опять тихо спросила я.

   На что она покачала головою. В этот момент Маша-хохлушка вышла из душа и Фая неожиданно спросила у меня: «А ты была в Подмосковной лошадиной деревне господина «Х»?»

   «Нет, я была однажды на его домашней фазенде. А откуда ты знаешь, что я с ним знакома?» — удивилась я.

   «Я не знала о вашем знакомстве. Просто я видела твой рисунок лошади и услышала, что ты хочешь на воле разводить племенных коней, вот и поинтересовалась. Я даже не предполагала, что настолько мир тесен и ты лично можешь его знать.» — огорченным голосом ответила она.

   «Другом я его назвать не могу. Однажды знакомые пригласили меня к нему на просмотр его цирковых лошадей. Он нас радушно принял, накормил. А потом провёл фотоссесию. Фотографию свою я так и не получила.» — сообщила я.

   «Это с ним я бодаюсь за свои земли. И видимо, уже проиграла. Несколько дней назад, когда я была в ИВС, бухгалтерша, которую я уволила, предоставила мою «черную бухгалтерию» в следком. Муж по телефону сообщил, что провели обыски в офисе и дома, изъяли компьютеры и мой ноутбук. Полгода назад я ту бухгалтершу уволила из-за связи с моим мужем. Но я дура, тогда его простила, а теперь вот мне точно «десятка» светит!» — поделилась наболевшим Фая.

   В этот момент Маша-хохлушка позвала Фаину ужинать. На другой день у неё было судебное заседание по апелляционной жалобе, и она раньше всех легла спать.

   «Телепузики» — так мы называли апелляционные заседания суда. На рассмотрение апелляционных жалоб, заключенных не вывозят из тюрьмы, а отводят в специальные комнаты, оборудованные компьютерами с мониторами, чем-то напоминающие банкомат, только экран побольше. Посредством видеоконференцсвязи и проходят заседания суда.

   С «телепузиков» Фая пришла злая и заплаканная.

   «Арест продлили на шесть месяцев! Разговаривать пока не хочу ни с кем!» — угрожающе сказала она.

   Фаина молча выложила из холодильника на стол всю свою еду и прямо из пакетов начала агрессивно есть. Маша-хохлушка налила в свою и её кружку ароматного кофе, молча поставила кружку перед Фаей, а сама, затянувшись сигаретой внимательно рассматривала её и думала о чем-то своём.

   Глубоко за полночь, Фаина ругалась по телефону со своим мужем. Потом теми же нецензурными словами «обласкала» по телефону и своего адвоката. После разговора с ними у неё опять началась истерика с рыданием, но в этот раз Фая вела себя потише, боясь привлечь надзирателей.

   Утром я и многие сокамерницы проснулись от крика. Мила визжала, а в дверях туалета лежала Фаина и её тело содрогалось в судорогах.

   «Приступ эпилепсии! Давайте её оттуда вытащим! Мила зови постовых и врача! Я за ложкой.» — распорядилась Наташа-армянка.

   Через несколько минут в камеру вошли «козлятники» с носилками и вчетвером вынесли бесчувственное тело Фаи.

   Перед обедом в камеру зашли пять надзирательниц и начали проводить «шмон». У Маши-хохлушки нашли в баночке из-под аскорбинки несколько коричнево-белых капсул.

   «Откуда у тебя эти капсулы?» — грозно спросила надзирательница Ольга Васильевна.

   «Мне их тюремный врач назначил пить от нервов. У меня и рецепт есть на них, мне на воле его психиатр выписал.» — спокойно ответила Маша и достала из сумки рецепт.

   «Ты эти таблетки давала заключенной, которую сегодня на носилках увезли в больницу?» — продолжала допрашивать надзирательница.

   «Нет, не давала. Неделю назад ей ночью врач какие-то таблетки выдавал от давления, она их и пила.» — так же спокойно ответила Маша.

   «С больницы позвонили и сказали, что у неё «передоз» от психотропных таблеток. Откуда они у неё? Сейчас мы только у тебя обнаружили подозрительные таблетки без упаковки. Так, пойдём к врачу и выясним, что это за таблетки.» — произнесла надзирательница и вывела Машу из камеры.

   «Сегодня ночью я видела, как хохлушка давала Фаине таблетки.» — шепотом сказала Наташа-воровка, когда мы втроем сели обедать. Наташа-армянка также утвердительно кивнула головой.

    «А какая ей выгода, в том, что она бесплатно подсовывала Фае психотропные таблетки?» — тихо спросила я.

   «Ну, во-первых, Фая их бесплатно кормила дорогими продуктами, она была для них, как дойная корова, которую нельзя потерять. Во-вторых, Фая постепенно подсела бы на «колёса» и вот тебе постоянный клиент, которого есть возможность «доить», а ведь она с первого дня хвасталась своими богатствами. И вроде бы взрослая баба, а так её «лоханула» эта свора.» — так же шепотом ответила мне сокамерница.

   В этот момент открылась «бронь» и зашла сияющая Маша: «Врача не было на месте. Но мне повезло, нам на встречу шла «Василиса», и она подтвердила, что врач мне выдает только успокаивающий «Ново-Пассит», у которого капсулы коричнево-белого цвета.»

   «Вообще-то, «Ново-Пассит» капсулы белого, а таблетки зеленого цвета! Я их давно уже принимаю.» — возразила Наташа-армянка.

   Вечером этого же дня у нас опять в комнате проводили «шмон», но уже другая группа надзирателей. В этот раз у Наташи-армянки нашли телефон и ей грозил карцер.

   О том, что Фаина поделилась со мною своими сомнениями я никому не сказала. Позже о Фае нам стало известно только, что после реанимации её отправили в тюремную психлечебницу.

   Продолжение читайте в: Шапито перед судебным заседанием.

 

Поделиться ссылкой:

0

Автор публикации

не в сети 4 часа

Arestantka

0
Комментарии: 0Публикации: 99Регистрация: 21-09-2018

3 Комментариев для “17. Шакалы среди арестанток.

  1. […]    Начало читайте: Шакалы среди арестанток. […]

    0
    0
  2. […] Продолжение читайте в: Шакалы среди арестанток. […]

    0
    0
  3. […]    Я вспомнила свой цветной сон и решила, что сокамерница могла быть права. Тем более, однажды я уже видела реакцию на психотропные таблетки, когда была в камере №190. (Шакалы среди арестанток.) […]

    0
    0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

При написании комментария можно использовать функции HTML:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>