87. Сюрприз для адвоката

   Начало: 86. День рождения в одиночной камере.

   «Продажная система» такова, что если Вас «заказали», то у Вас нет прав, ну никаких и даже сделать отвод-отказ «продажному адвокату»! (скан документального доказательства после статьи.)

   Вчера я поняла смысл песни: «День рождения – грустный праздник.» Всю ночь мы с продольной Аллочкой проплакали за моим утопленным подарком – тюремным котёнком Персиком. Не смотря на гуфсиновскую видеокамеру на продоле, Аллочка подходила к моей камере каждые полчаса. Через открытый карман брони мы обсуждали жестокость надзирательницы Василисы, которая утопила в ведре месячных котят.

   «Надеюсь, что дотяну здесь до лета, потом получу диплом юриста. Уволюсь отсюда и устроюсь работать в адвокатскую контору помощником. А как наберусь опыта по защите, то пойду в адвокаты. У меня уже нет сил в этом вертепе работать. Работая здесь, поняла, что в тюрьме очень много невиновных. А всё из-за непорядочных адвокатов и следователей.» — поделилась со мною своими мыслями продольная Аллочка.

   «Из тебя получится очень добрый и порядочный адвокат.» — поддержала я тюремщицу.

   Собираясь утром на судебное заседание, очень огорчилась своему виду – красные и опухшие от слёз глаза могли доставить удовольствие прокурорше, моему адвокату и судье.

   «Придётся сделать яркий и праздничный майкап. Ни за что не покажу этим мразям, как мне тошно и тяжко на душе после дня рождения!» — решила я и вооружилась косметикой.

   Нарядиться решила в новые покупки, которые мне передал сыночек. Шерстяная юбка и водолазка из «Oasis» немного отогрели мою душу, потому что я представила с какой заботой мой сыночек ходил по ТЦ и вспоминал, какие бутики мне нравятся.

   В судебный аквариум я зашла воинственно настроенной, словно Валькирия или Амазонка. Игнорируя надменные улыбки прокурорши и адвоката, я весело рассказала конвойному Стасу случай с одной преступницей, с которой была в камере 184.

   История вкратце: пенсионерку-кассиршу подставили с крупной недостачей. Она «ушла в бега» в другой регион. Там работала и жила почти пять лет. Однажды гуляя по парку, присела на лавочку отдохнуть, не обратив внимание, что по соседству две бомжихи распивают водку. Патруль забрал в отдел троих для выяснения. Оттуда уже вышли только двое. Кассиршу отправили этапом по месту преступления.

   Смеялись в зале все, даже прокурорша. Когда в заседание зашёл довольный и весёлый судья, то по его виду можно было бы предположить, что он подслушивал мой рассказ.

   После установления собравшихся на судебное заседание, я объявила:

   «Ваша честь, у меня повторный отказ от этого защитника. Его действия направлены против меня и моей воли. Изучив письменное выступление адвоката в прениях, мною установлено, что информация содержится против меня! Адвокат соглашается с обвинением, тем самым признаёт мою вину!»

   Защитник отнекивался: «Моя подзащитная в силу своей юридической неграмотности не понимает, что я изложил в прениях!»

   Суд отказал в моём ходатайстве, ссылаясь, что я – ЗЛОУПОТРЕБЛЯЮ своим правом.

   Я всем сердцем, душою ненавидела и презирала судью после его отказов в следующих моих ходатайствах.

   На мои ходатайства об изучении доказательств о незаконных действиях сотрудников власти, которые намерены были устроить рейдерский захват, судья заявил:

   «Подсудимая, по вашему мнению, если представители власти совершают незаконные действия, то им нужно причинять телесные повреждения?»

   Я была просто в шоке от этого заявления. То есть, судья, не услышав ещё моих показаний проболтался о своей позиции, что моя вина уже доказана. И как бы я не билась об лёд, предъявляя видеодоказательства, что этого преступления не было – мне открытым текстом дали понять, что я – виновна и осуждена давно.

   Посмотрев на ухмылку судьи, прокурорши, секретаря судьи, я пожелала им мысленно — гореть в аду.

   Судья продолжал смотреть на меня и ехидно улыбаясь, ждал от меня ответа на его реплику.

   «Ваша честь, прошу исключить мою реплику о праве воспользоваться ст.51 Конституции РФ. УПК даёт мне право в любой момент дать показания! Ходатайство приобщить к материалам дела суда.» — объявила я новое ходатайство и передала лист судье через конвоира Стаса.

   Конечно же было отказано и в этом, как и об оглашении протокола допроса меня в качестве ещё подозреваемой. 

   «Вы нарушаете мои права, как по УПК, так и по Конституции РФ!» — с обидой заявила я судье.

   «Так, если Вы злоупотребляете своим положением!» — расхохотался судья.

   Во мне щёлкнул выключатель.

   «Ваша честь, прошу меня извинить, что я злоупотребляю своим положением!» — всего лишь произнесла я охрипшим от негодования голоса. 

   (К моему спокойствию, я не могу в дневнике описать свои манипуляции. Скажу лишь, что для окружающих это было воспринято по-разному. Но моя цель была достигнута.)

   Следующие мои ходатайства все были удовлетворены, как и отвод адвокату.

   

   «Нет, ну ты подумай, какой козёл? Заявить тебе, что ты злоупотребляешь своим положением. Пусть бы поменялся с тобою местами!» — возмущался конвойный Стас, когда мы возвращались из зала заседаний в судебный отстойник для заключённых.

   Но меня тревожило, как бы мне не повредила сегодняшняя моя «несдержанность». Страх всё больше и больше накатывал на меня, когда меня везли обратно автозаком в тюрьму. В камере было холодно и сыро. Утром я отключила обогреватель, на тот случай, если бы приехала проверка. Меня трясло то ли от холода, то ли от страха, то ли ещё отчего….

   Ещё до постановки дорог мне позвонил Адам и грубо заявил:

   «Ты зачем отказалась от своего адвоката? Ещё говорят и судью соблазняла!»

   «Тааак…» — подумала я с отвисшей челюстью. Никто из конвойных, которые были в зале заседания такой версии не придерживались, все меня хвалили, что я смогла добиться отвода, с их слов — «тупого адвоката».

   «Это кто тебя проинформировал об этом? Прокурорша?» — в свою очередь я тоже грубо наехала на Адама.

   «Не говори ерунды! Я тебе сто раз говорил, что знаю обо всём!» — испуганным тоном заявил Адам.

   «Дорогой, ты сказал «А» и теперь тебе придётся говорить и «Б». Или я вынуждена «зайти на котёл» и заявить о своих сомнениях! Поэтому, давай не будем ругаться, и ты мне по-хорошему ответишь, кто мог тебе сообщить о том, что было в суде?» — мой тон был очень угрожающий.

   «Мне позвонил с котла Арам и сообщил об этом. Не знаю, что у него за дела с этим адвокатом. Он заявляет, что ты ошибаешься в отношении адвоката, уверяет, что тот тебе хотел помочь. Адвокат беспокоится, что ты всем арестантам по тюрьме дашь о нём плохую рекомендацию.» — обижено отчитывался Адам.

   «Конечно. Поэтому он заявил тебе, что я соблазнила судью?» — с презрением спросила я.

   Адам что-то говорил в трубку, пытаясь меня переубедить, но я, сложив пазлы, поняла, что «отрабатывать» меня в тюрьме стали с приходом этого адвоката и по причине «дружбы с Адамом». В этот же момент «в дружбу» вошёл и Арам.

   «Адам, скажи честно? Тебя, Арама и этого адвоката наняли мои враги или конкуренты, чтобы меня устранить в тюрьме?» — грубо перебивая, спросила я арестанта.

   Наступила долгая и гнетущая пауза. Я была на сто процентов уверена, что оказалась права.

   «Ты совсем ёб…сь? Я могу обидеться на такое заявление!» — притворно заявил Адам.

   «Извини, если я ошиблась.» — спокойно ответила я и отключила телефон.

   Меня волновало, что тварь, сидящая ко мне спиною в суде, молниеносно распространяет информацию, которая мне не на руку. Я металась по камере, накручивая метражи и искала выход из этой «засады».

   На утро у меня было готово заявление об отводе судьи с приложением ходатайства с извинениями об оскорблении чувств председательствующего.

   После утренней прогулки это заявление сдала через продольную Людмилу в тюремную канцелярию. После чего завалилась спать. Проснулась от тарахтения по продолу тележки баландёра. Когда окошко-карман на брони открылся, то я увидела неизвестного мне баландёра.

   «А где наш баландёр?» — спросила я у Людмилы.

   «В карцере. А потом поедет в зону за нарушение режима в тюрьме!» — равнодушно ответила продольная.

   «А что он сделал?» — удивилась я.

   «Старшего по отряду избил.» — ответил новый баландёр с приятной улыбкой.

   «Наверное старший получил по делу?» — поинтересовалась я у баландёра.

   Баландёр подмигнул мне по-дружески и ответил:

   «Не знаю. Я не присутствовал при драке. Кстати, эти две пачки молока — Вам. Вас поставили на диету.»

   «Кто поставил?» — спросила я.

   «Диетолог, видимо.» — рассмеялся баландёр и опять мне подморгнул.

   Я заулыбалась атлетически сложенному баландёру и подумала:

   «Как же земляку удалось такого красавчика в нашу команду заманить. И всё-таки, какое прикольное кодовое слово я придумала в бане на день своего рождения – диета, диетолог.»

   После двух часов дня по тюрьме прошёл цинк:

   «С дорогами полный расход!»

   По продолу бегала продольная Людмила и хлопала карманами на бронях.

   «Управа приехала. Всё по белому!» — прокричала она мне в карман, когда я на решке снимала невидимку дороги.

   Сделав всё по белому, накрасилась, нарядилась и села на скамью ждать долгожданного гостя – Медведя. Спустя несколько минут загремели замки и засовы на броне. Меня затрясло от волнения и бросило в жар. На пороге появился конвойный из административного корпуса, тот же, что и был в день моего рождения.

   «Собирайтесь на следственные действия.» — объявил он.

   «Куда?» — испуганным и охрипшим голосом произнесла я.

   «Да, что же Вы, постоянно такая испуганная при моём появлении? Адвокат к Вам пришёл, только не тот, который был несколько дней назад, а другой мужик.» — пробурчал он.

   В административном корпусе меня встречал очень симпатичный и приятный мужчина.

   Познакомившись, он стал расспрашивать меня по делу.

   «Знаете, Вы почти вызываете у меня доверие. Но у меня к Вам просьба, просто отсидите до прений без звука. Свою речь подготовьте мне в письменном виде, чтобы я знала, что Вы будете говорить. Это на тот случай, чтобы мне не повторяться в своей речи. Хорошо?» — добрым голосом попросила я нового адвоката.

   Он удивлённо скользнул взглядом по моему лицу и сказал:

   «В материалах дела представлены Ваши административные правонарушения о превышении скорости на 40 км/ч. Это не в Вашу пользу.»

   Я удивлённо округлила глаза, не понимая связи.

   «Понимаете, это как косвенное доказательство, откуда у Вас молниеносная реакция на защиту.» — объявил адвокат.

   «Слушайте, Вы изучали дело? В деле есть флешка с видеозаписями по происшествию! Посмотрите её! И почитайте, что говорят потерпевшие! Где на видео я, по очереди, вышвыриваю двух толстых мужиков-амбалов, толстую бабу и длинную дылду? Посмотрите, их габариты и мои! Всё я ухожу, делайте в суде самоотвод или сидите и молчите!» — я была разозлена и в бешенстве.

   Когда я вернулась в корпус, продольная Люда сказала:

   «Управа только что ушла. В твою камеру заходили, брали у меня ключи. Но кто заходил, не видела – приказали дежурить у локалок. Кстати, Косолапов тоже был. Не повезло тебе, не увидела его.»

   «Понятно.» — ответила я в раздражении, не отпустившем после адвоката.

   В камере стоял знакомый аромат одеколона, и я заулыбалась. На столе лежал черновик об отводе судьи. Взяла его в руки и поднесла к носу – пахло одеколоном. Внимание привлекла подушка, которую явно трогали, потому что она лежала не так, как я обычно её укладываю во время проверок.

   «Телефон искали?» — испуганно подумала я, вспоминая отключила ли я телефон, когда прятала его в матрас в районе подушки.

   Быстро достала из матраса телефон, убедившись, что выключен, спрятала обратно. Под подушкой ничего не было, а вот внутри наволочки лежала какая-то ткань. Вытащив её и развернув, я ахнула – чёрная наволочка с большими красными розами.

   «Обалдеть! Самый необычный букет цветов, когда-либо подаренный мне.» — подумала я и надела наволочку на подушку.

   На вечернюю проверку ко мне пришла делегация тюремщиков. Все, поглядывая на наволочку, загадочно и заинтересовано смотрели на меня. А вот продольный Викторович обижено сказал:

   «Когда будет приезжать проверка, эту наволочку прячьте! Кстати, почему Вы не говорили, что у Вас нет зеркала? Сейчас Вам принесу со склада.»

   Спустя какое-то время, Викторович пришёл с плотником-козлятником и мне в камере повесили на стену большое зеркало. Я была просто на седьмом небе от счастья — четыре месяца в одиночной камере я смотрела на себя в карманное зеркало.

   Ночью, после двадцати пропущенных звонков от Адама, я ответила ему.

   «Я клянусь, что ты всё не так подумала!» — страдальческим голосом сказал арестант.

   Его постоянной реплики «мамой клянусь» я не услышала.

   «Я уже извинилась перед тобою, вчера.» — равнодушно произнесла я.

   «Мне очень больно, что ты не веришь мне. Ведь я столько сделал для тебя в тюрьме!» — обиженно произнёс Адам.

   «Я благодарна тебе за всё. Я у тебя сто раз спрашивала от имени сына, как отблагодарить тебя за одиночную камеру. Кстати, мой сыночек собирает посылку, тебе Парламент карат нужен?» — спокойно спросила я.

   Голос Адама прозвучал уже не таким тяжёлым, как до этого.

   «У меня сейчас нет совсем бабла. Я твоему малому ещё за те блоки сигарет не отдал. Так что, если ему не в напряг прислать, то я позже с ним расплачусь.»

   «Адам, это же благодаря тебе, я нахожусь в одиночной камере?» — перебивая арестанта, спросила я.

   Неловкая тишина.

   «Ну и я тоже просил хозяина о переводе тебя из общей камеры.» — юлил Адам.

   «А кто ещё – тоже? Я знаю, что тебе известно. Скажи мне честно, и мы тогда окончательно помиримся.» — хитрила я.

   Опять затянувшаяся тишина.

   «Я могу ошибаться в своих догадках, поэтому не буду говорить.» — сухо ответил арестант.

   «Понимаешь, для меня это важно. Я хочу знать, кого благодарить. Намекни мне хотя бы?» — выпытывала я.

   «Мне нечего тебе на это ответить.» — сухо ответил Адам.

   Бабье любопытство, что поделать. Конечно, я уже давно догадалась, что Адам не принимал участия в переводе меня в одиночку, хотелось признаний от него, но увы.

   Через несколько часов Адам вновь позвонил мне и удивлённым голосом сообщил, что его переводят в другую тюрьму, как и Арама с котла. Я вздохнула от облегчения, а вслух произнесла:

   «Кто же меня теперь будет защищать в этой тюрьме?»

   «Можешь не волноваться, Дед за тобою присмотрит.» — грустно сказал Адам.

   Я промолчала на это, потому что знала, что теперь не только Дед присматривает за мной.

 

   Продолжение: Манипуляторы в мантиях88. Отрава в сахаре от арестантки.

 

     

   

  

 

Поделиться ссылкой:

2 Комментариев для “87. Сюрприз для адвоката

  1. […]    Продолжение: 87. Сюрприз для адвоката […]

    0
  2. […] Начало: 87. Сюрприз для адвоката ; Манипуляторы в […]

    0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

При написании комментария можно использовать функции HTML:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>